Саймон Грин 
Это Темная Сторона, что тут скажешь

Темная сторона – 

«Weird Detectives: Recent Investigations»: Prime Books; Gaithersburg; 2013
ISBN 978-1-60701-384-6
Аннотация

Ларри Забвение — частный детектив в Тёмной Стороне Лондона — единственный мёртвый частный детектив. В этом рассказе объясняется, как это произошло.

Саймон Грин
Это Тёмная Сторона, что тут скажешь

Тёмная Сторона – тайное, мрачное, волшебное сердце Лондона. Город внутри города, где никогда не кончается ночь и всегда три часа утра. Жаркий неон отражается от выглаженных дождём улиц, а мечты расхаживают во плоти, взятой напрокат. В Тёмной Стороне вы можете найти практически всё, кроме счастливого конца. Боги и чудовища жульничают наперегонки, и можно удовлетворить все желания, если вы готовы заплатить соответствующую цену. Которая может быть деньгами, а может быть услугами, но сплошь и рядом означает вашу душу. Это Тёмная Сторона, где солнце никогда не показывает свой лик, потому что, если оно это сделает, наверняка кто-нибудь попытается его украсть. Когда вам будет больше некуда пойти, Тёмная Сторона примет вас. Не доверяйте никому, включая себя и вы сможете выйти живым
Некоторые из нас работают тут за свои грехи. Или прощение, или искупление. Вот такое это место.

• • •

– Ларри! Ларри! Что случилось?
Тонкий шепчущий голос выдернул меня из дурного сна – что-то о беге под дождём, беге от чего-то ужасного. Я сел в постели, осмотрелся и не понял, где нахожусь. Это не было моей спальней. Резкий неоновый свет мигал красным и зелёным через планки закрытых жалюзи, периодически высвечивая тёмную пыльную комнату с дешёвой и паршивой мебелью. Здесь никого больше не было, но слова ещё звучали в моих ушах. Сидя на краю кровати, я пытался вспомнить мой сон, но он уже исчезал. Я был полностью одет и никакого постельного белья не было. Я всё ещё был в обуви. Понятия не имею, какой это день.
Я встал и включил прикроватный светильник. При ясном свете комната не стала лучше, но, по крайней мере, я понял, где нахожусь. Старое убежище, в одном из самых захудалых районов Тёмной Стороны. Пристанище, которым я не пользовался многие годы. Я всё ещё вносил арендную плату – ведь никогда не знаешь, когда тебе срочно потребуется укрытие. Я вывернул карманы. Всё, что должно быть и ничего нового, объясняющего, что я здесь делаю. Я медленно покачал головой, затем вышел из комнаты, держа курс на примыкающий санузел. Объяснения могли подождать, пока я не позабочусь о том, что подождать не могло.
Яркая люминесцентный свет в ванной был резок и неумолим, когда я изучал своё лицо в зеркале аптечного шкафчика. Бледное и измождённое, светлые соломенные волосы, приятные черты лица, рот и глаза, которые никогда ничего не выражали. Мои волосы были растрёпаны, но бритьё мне не требовалось. Я пожал плечами, спустил брюки и трусы, и уселся на фарфоровый трон. В моём кишечнике возникло смутное тревожное ощущение, а потом внезапно ёкнуло, как будто что-то внутри вырвалось на свободу. Я нетерпеливо притопывал, слушая ряд всплесков. Наверное, произошло нечто плохое, хоть я и не мог это вспомнить. Мне нужно было уйти отсюда и начать задавать определённые вопросы неопределённым людям. Кто-то может знать. Кто-то всегда знает.
Всплески наконец-то прекратились, но, почему-то, облегчения не чувствовалось. Я встал, обернулся и взглянул вниз, в чашу унитаза. Она была полна личинок. Извивающихся, крутящихся и корчащихся. Я издал звук ужаса и шагнул назад. Мои ноги запутались в спущенных брюках и я растянулся на полу. Моя голова врезалась в твёрдую стену. Это не причинило боли. Я поднялся на ноги, натянул трусы и брюки, и отступил из ванной, всё ещё таращась на туалет.
Но больше всего меня пугали вещи, которые не происходили. Я должен был задыхаться. Моё сердце должно было колотиться в груди. Моё лицо должно было покрыться холодным потом. Но когда я проверил запястье, а потом горло, там не было никакого пульса. И я не задыхался, потому что я вообще не дышал. Я не мог вспомнить ни единого сделанного вдоха, с тех пор, как проснулся. Я коснулся лица кончиками пальцев и почувствовал холод.
Я был мёртв.
Кто-то убил меня. Я знал это, хотя и не знал, как. Личинки заставляли предположить, что я был мёртв уже некоторое время. Так кто же убил меня, и почему я не замечал этого до настоящего времени?

• • •

Меня зовут Ларри Забвение и с подобным именем я просто обязан быть частным детективом. В основном я работаю на корпорации: промышленный шпионаж, проверка квалификации, помогаю значительным людям дезертировать из одной организации в другую. Большой бизнес всегда там, где настоящие деньги. Я не занимаюсь делами о разводе, не разгадываю тайны и у меня никогда не было плаща. Я ношу Гуччи, я зарабатываю больше, чем может мечтать большинство людей и я машу палкой. Не хихикайте. Я взял эту палочку в уплату за дело, затрагивающее Двор Ансили и ни разу не пожалел. Два фута длиной, вырезанная из сердцевины дерева той породы, которая никогда не существовала в мире яви, эта палочка могла остановить время для всех, кроме меня. Более чем достаточно, чтобы дать мне преимущество или хороший старт. Когда вы действуете в Тёмной Стороне, то пользуетесь всеми преимуществами, которые можете получить. Никто не знал, что у меня была палочка.
Кроме... того, кто узнал и убил меня, чтобы попытаться завладеть ей.
Я нашёл кофеварку и подкрепился своим обычным «энергетиком». Чёрный кофе, с пылу с жару и достаточно сильный, чтобы пробудить мумию ото сна. Но когда он был готов, я не хотел его. Видимо, ходячие мертвецы не пьют кофе. Чёрт. Мне будет недоставать этого.
– Ларри! Ларри! 
Я крутанулся вокруг – эти слова звучали в моих ушах, но в комнате больше никого не было. Просто голос, называющий моё имя. На мгновение я почти вспомнил нечто ужасное, но оно ушло прежде, чем удалось его уловить. Я расхаживал взад-вперёд по комнате и хмурился, помогая себе соображать. Я мёртв и я был убит. Так, начнём с обычных подозреваемых. У кого были причины желать моей смерти? Серьёзные причины. У меня была своя доля врагов, но это просто цена ведения бизнеса. Никто никого не убивает из-за бизнеса.
Нет – начнём с моей бывшей жены, Донны Трамен. У неё были причины ненавидеть меня. Я влюбился в клиентку, Маргарет Бонифас и бросил жену ради неё. Это дело не выгорело, но Мэгги и я остались друзьями. Фактически, мы так хорошо сработались, что я сделал её партнёром в бизнесе. Моя жена не разговаривала со мной с тех пор, как я съехал, только через своего адвоката, но, если бы она собиралась убить меня, она давно бы это сделала. А сумма, отсуженная при разводе, давала ей множество серьёзных причин желать мне жизни. Пока чеки продолжали приходить.
Следующее: сердитые или недовольные клиенты, чьё дело не завершилось к общему удовлетворению. Было множество организаций в Тёмной Стороне и за её пределами, у которых я похищал секреты или персонал. Но никто из них не стал бы делать такие вещи лично. Сегодняшняя цель могла стать завтрашним клиентом, поэтому все придерживались вежливости. Я никогда не связывался с делами, где могли разгореться страсти. И я никогда не снимал фильмов о проделанной работе.
У меня держалось ощущение, что раньше я знал ответ, но он упорно оставался вне досягаемости. Возможно, потому что... я не хотел вспоминать. Внезапно я задрожал и не от холода. Я поднял трубку телефона у кровати и позвонил своему партнёру. Мэгги отозвалась на втором гудке, словно ждала звонка.
– Мэгги, это Ларри. Слушай, ты не поверишь, что произошло…
– Ларри, тебя не было три дня! Где ты? 
Три дня... След мог совсем остыть за три дня. 
– Я в старом убежище на Блэйстон-стрит. Думаю, тебе лучше подъехать и забрать меня.
– Какого чёрта ты там делаешь? Я не знала, что мы всё ещё держим это место.
– Просто приезжай и забери меня. Я в беде.
Её голос сразу изменился. – Какой беде, Ларри?
– Если коротко... Я думаю, что потребуются некоторые твои старые познания, Мама Бонес.
– Не используй это имя на открытой линии! Прошло много времени с тех пор, как я была первым лицом на сцене вуду и, надеюсь, большинство людей позабыло, что Маргарет Бонифас когда-то в этом участвовала. Теперь я чиста. Иисусе, не всё же сразу.
– Ты знаешь, что я не просил бы, не будь это так важно. Мне требуется то, что ты знала прежде. Приезжай сюда так быстро, как можешь. И, Мэгги, не говори никому, куда ты отправилась. Мы не можем доверять никому, кроме друг друга.
Она коротко хихикнула. – Обычное дело в Тёмной Стороне.

• • •

За те полчаса, которые понадобились Мэгги, чтобы достичь Блэйстон-стрит, я прошагал и обдумал гораздо больше, но, в конце концов, так ни до чего и не додумался. Мои воспоминания без предупреждения резко обрывались три дня назад. Время от времени я смотрел через планки жалюзи и, в конце концов, был вознаграждён видом Мэгги, остановившейся на обочине в своём вишнёвом Ягуаре. Защитные заклинания коротко вспыхнули вокруг машины, когда она вышла и глянула на моё окно. Высокая и стройная ледяная блондинка, стриженная под ёжик и с большим алым ртом. Она одевалась, словно дива, шествовала, словно принцесса и носила посеребрённый магнум дерринджер в своём кошельке, рядом с австралийской указательной костью. У неё имелся доостра отточенный ум, многолетний опыт и полезные связи, она была на порядок эффективнее, чем я. Разумеется, я никогда ей этого не говорил. Я не желал, чтобы она стала ещё самоувереннее.
Она постучалась в дверь нашим особым стуком, говорящим: да, я проверила, и нет, никто не следовал за ней. Я впустил её и она профессионально проверила комнату, прежде чем, обернувшись, поцеловать меня в щёку. А потом она остановилась и уставилась на меня.
– Ларри... ты выглядишь полумёртвым.
Я криво улыбнулся. – Ты не знаешь и половины всего.
Я выложил ей плохие новости и она выдержала их, как я и ожидал. Она настояла, чтобы самой проверить отсутствие у меня пульса и сердцебиения, а затем отступила от меня и плотно обхватила себя руками. Не думаю, что ей понравилось прикасаться к моей холодной плоти. Я постарался легкомысленно отнестись к произошедшему, поплакавшись, что моя жизнь, наверное, была по-настоящему унылой, если ни Небеса, ни Ад не заинтересовались мной, но это не обмануло ни одного из нас. В итоге мы уселись бок о бок на кровати и стали спокойным профессиональным тоном обсуждать, что нам следует сделать.
– Ты совсем не помнишь, как тебя убили? – наконец спросила Мэгги.
– Нет. Я мёртв, но ещё не отошёл. Убит, но всё ещё разгуливаю. Что сильно относит меня к твоему старому полю деятельности, о владычица мистических искусств.
– О, пожалуйста! Ладно, раньше я немного знала вуду... Практически каждый в моей семье знал. Поскольку мы выходцы из такого места, где в этом нет ничего особенного. И я никогда не участвовала ни в чём подобном…
– Ты можешь мне помочь, или нет?
Она нахмурилась. – Хорошо. Позволь мне провести на тебе некоторую диагностику.
– Нам не нужно послать за цыплёнком?
– Цыц, безбожник.
Она продекламировала ряд песнопений на старофранцузском, зажгла какое-то благовоние, потом сняла всю свою одежду и некоторое время танцевала в комнате по кругу. Я, наверное, наслаждался бы этим, если бы не был мёртв. Комната потемнела и возникло чувство незримого наблюдения. Сквозь стены медленно двигались тени, очень тревожные формы, хотя в комнате не было ничего, отбрасывающего их. А потом Мэгги перестала танцевать и, тяжело дыша, обернулась ко мне, пот катился по её нагому обнажённому телу.
– Ты что-нибудь почувствовал при этом? – спросила она.
– Нет. А должен был?
Мэгги коротко пожала плечами и, с помощью одежды, вернулась в деловой вид. Тени и чувство наблюдения исчезли.
– Ты был мёртв три дня, – сказала Мэгги. – Кто-то убил тебя, затем удержал твой дух в мёртвом теле. Прикрепил заклинанием всадника, чтобы придать тебе обычный вид, но внутри ты уже гниёшь. Отсюда и личинки.
– Ты можешь отменить это заклинание? – спросил я.
– Ларри, ты мёртв. Мёртвых можно заставить ходить, но никто не может полностью вернуть их назад, даже в Тёмной Стороне. Что бы мы ни решили сделать, твоя песенка спета, Ларри.
Некоторое время я размышлял об этом. Я всегда думал, что перед концом достигну большего. Все важные вещи, которые я хотел сделать и откладывал в долгий ящик, потому что был молод и считал, что всё время в мире – моё. Ларри Забвение, всегда мечтавший о чём-то лучшем, но у которого никогда не хватало мужества стремиться к нему. Одна бывшая жена, одна бывшая любовница, ни детей, ни наследства. Ни смысла, ни цели.
– Когда всё остальное подводит, – произнёс я наконец, – всегда остаётся месть. Мне нужно узнать, кто меня убил и почему, пока я всё ещё могу это сделать. Пока ещё от меня осталось достаточно, чтобы насладиться этим.
– Есть идеи, кто это мог быть? – спросила Мэгги. – Кто-то, кого ты мог недавно огорчить?
Я крепко задумался. – Прометеус Инк. была не совсем довольна тем, как я обошёлся с их полтергейстом-саботажником. Графу Энтропии не понравилось то, что я узнал о его сыне, хоть он и заплатил мне, чтобы я его нашёл. Большой Макс всегда говорил, что когда-нибудь закопает меня…
– Макс, – немедленно решила Мэгги. – Наверняка Макс. Ты много лет был его конкурентом, вредил его бизнесу и несколько раз выставлял его дураком. Наверное, он решил положить конец соревнованию.
– Зачем бы ему хотеть сохранить меня после убийства?
– Чтобы позлорадствовать! Он ненавидел даже твои потроха, Ларри, – это наверняка он!
Я подумал об этом. Прежде я прищемлял ему нос и всё, что он делал – это разговоры. Может... он устал от болтовни.
– Ладно, – сказал я. – Пойдём, увидимся с большим человеком и зададим ему несколько острых вопросов.
– У него уйма охраны, – предупредила Мэгги. – К нему нелегко подобраться.
– Похоже, что меня это волнует? Ты со мной или нет?
– Конечно, я с тобой! Я просто предупреждаю, что Большой Макс известен тем, что окружает себя тяжёлой огневой мощью.
Я улыбнулся. – Детка, я мёртв. Как они остановят меня?

 • • •

Мы вышли наружу и пошли по Тёмной Стороне. Дождь прекратился и воздух пронизывали новые возможности. Жаркий неон сверкал на каждом углу, рекламируя виды любви, которые могли не иметь названий, но точно имели цену. Тяжёлые басы изливались из открытых дверей клубов, отдаваясь в земле и моих костях. Всевозможные обитатели протекали мимо нас, сосредоточившись на своих собственных делах. Лишь некоторые из них были людьми. Транспорт постоянно ревел повсюду на дороге и каждый старался держаться от него подальше. Не всё, что походило на машину, было машиной, а некоторые из них были голодны. В Тёмной Стороне такси могут ездить на осквернённом вине причастия, а мотоциклы, для ускорения, заправляются порошком из крови девственницы.
Обиталище Макса располагалось неподалёку. Он окопался в элитном коктейль-баре под названием «Паучья Паутина». Поговаривают, когда-то он там работал. И он убил своего прежнего босса, когда одолел его, а потом набил из того человека чучело и выставил его там. Макс никогда не покидал этого места и держал там свой двор из-за большего количества слоёв защиты, чем могли похвастаться некоторые президенты. У большого человека было много врагов и он гордился этим.
По пути у меня продолжались быстрые вспышки дежа вю. Краткие проблески моего сна о беге под дождём. Кроме того, теперь я был вполне уверен, что это не сон, а воспоминание. Я ощущал отчаяние, когда бежал, преследуемый кем-то без лица.
Единственный вход в «Паучью Паутину» был перекрыт двумя крупными джентльменами с наплечными кобурами и несколькими слоями защитной магии. Я знал о магии, потому что однажды клиент нанял меня точно узнать, что использует Макс. Хотя, если подумать, этого клиента уже некоторое время никто не видел. Я шепнул Мэгги держаться за мою руку, затем вытащил свою палочку и активировал её. Она засияла сверкающим светом, слишком ярким, чтобы смотреть на него, и весь мир вокруг нас замедлился и стал плоским и нереальным. Рёв дорожного движения стих, а неон перестал мигать. Мэгги и я были вне Времени. Мы прошли между двумя телохранителями и они даже не увидели нас. Я чувствовал, как защитная магия напрягается и вытягивается, не в силах нас коснуться.
Мы шли через клуб, прокладывая себе дорогу через застывшие толпы. Глубже и глубже, в логово зверя. Там происходили вещи, которые вызывали отвращение даже у меня, но у меня не было времени остановиться и что-то сделать. У меня был только один выстрел. Мэгги крепко сжимала мою руку. Наверное, это причиняло боль, если бы я был жив.
– Вот как, – сказала она, стараясь говорить легко и даже не пытаясь подойти вплотную. – Подлинная палочка Фей. Это многое объясняет.
– Это всегда помогает получить неожиданное преимущество.
– Ты мог сказать мне. Я – твой партнёр.
– Никогда не скажешь, кто подслушивает в Тёмной Стороне. – Может, я рассказал бы ей, если бы она не разорвала наш роман. – Но я думаю, что уже нет нужды в каких-то секретах.
Мы нашли большого человека сидящим за столом в удивительно скромном внутреннем кабинете. Он раскладывал пасьянс из карт Таро и жульничал. Толстые циновки из плюща висели на стенах, а пол покрывали кабалистические символы. Я прикрыл за нами дверь, чтобы нас не прервали и убрал палочку. Макс резко вскинулся, когда мы внезапно появились перед ним. Его правая рука к чему-то потянулась, но Мэгги уже выхватила свой серебряный магнум дерринджер и прицелилась. Макс пожал плечами, откинулся на спинку стула и с любопытством уставился на нас.
Макс Максвелл, настолько большой, что названный дважды. Гигантский человек, насупившийся и огромный, даже за своим безразмерным столом из красного дерева. Восьми футов ростом и внушительно широкий в плечах, с грубым и угловатым лицом, он выглядел так, словно был вытесан из камня. Горгулья в костюме от Сэвил Роу. Макс торговал секретами и оставался в бизнесе, потому что он знал что-то о каждом. Или, по крайней мере, о каждом, кто имел значение. Даже если не он убил меня, были чертовски большие шансы, что он знал, кто это сделал.
– Ларри Забвение, – произнёс он таким голосом, словно молол камни. – Мой самый дорогой и самый презренный соперник. Чему я обязан неудовольствию видеть тебя?
– Как будто ты не знаешь, – ответила Мэгги, её дерринджер был нацелен ему прямо между глаз.
Макс проигнорировал её, зафиксировав свой пристальный взгляд на мне. – Дайте мне хоть одну серьёзную причину, почему бы мне не убить вас обоих за такую дерзость?
– Как насчёт такой: ты уже убил меня? Или ты не заметил, что я дышу, лишь когда говорю?
Макс задумчиво изучил меня. – Да. Ты мёртв. У тебя нет ауры. Мне бы хотелось стребовать долги, но, увы, видимо, кто-то опередил меня в этом. И кроме того, если бы я хотел тебя убить, ты давно был бы мёртв и не беспокоил меня.
– Он прав, – сказал я Мэгги. – Макс знаменит тем, что никогда не оставляет нерешённых проблем.
– Ты хочешь, чтобы я всё равно убила его? – спросила Мэгги.
– Нет, – ответил я. – Скажи мне, Макс. Если не ты убил меня, тогда кто?
– У меня ни малейших соображений, – сказал Макс, медленно улыбаясь, показывая серые зубы за серыми губами. – Это значит, что ни один из твоих обычных врагов. И, если я не знаю, не знает никто.
Внезапно я ощутил усталость. Макс был моим лучшим вариантом, моей последней надеждой. Он мог лгать, но я так не думал. Не тогда, когда он понимал, что правда могла ранить меня больнее. Моё тело распадалось, у меня больше не было зацепок и времени в запасе, чтобы пойти куда-то ещё. Поэтому Мэгги и я вышли тем же путём, как вошли. Мэгги могла убить Макса, если бы я попросил, но я не видел смысла. Вражда и вендетты – для живых, когда ты мёртв, ты просто не беспокоишься из-за мелкого дерьма.

• • •

Мэгги отвела меня к себе домой. Мне требовалось время, чтобы посидеть и подумать. Я был близок к отчаянию. У меня не было в запасе достаточно времени, чтобы исследовать всех врагов, которых я набрал в своей личной и профессиональной жизни. Тревожная и угнетающая мысль, для кого-то в преддверии вечности. Так много врагов и так мало друзей... Я уселся на диван и нежно взглянул на Мэгги, когда она приготовила нам немного кофе. Нам было так хорошо вместе какое-то время. Почему это исчезло? Если бы я знал ответ, мы всё ещё были бы вместе. Она появилась из кухни, неся две дымящихся кружки. Я неуклюже взял одну и держал её. Мне хотелось выпить кофе, чтобы угодить ей, но я не мог. Она недоумённо посмотрела на меня.
– Ларри? В чём дело?
И, без малейшего труда, я понял. Потому что я наконец узнал голос, который слышал с тех пор, как проснулся мёртвым. Я находился в доме у Мэгги, пил кофе. У него был забавный привкус.
– Ларри? – спросила она. – Ларри? Что случилось?
– Я почувствовал какое-то жжение в горле и понял, что она отравила меня. Я остановил время своей палочкой и сбежал. Лил дождь. Я не рискнул идти домой. Она нашла бы меня. Я не знал, куда обратиться за помощью, поэтому спрятался в моём старом убежище на Блэйстон-стрит. И я умер там, всё ещё задаваясь вопросом, почему мой партнёр и экс-любовница убила меня. 
– Это была ты, – сказал я и что-то в моём голосе заставило её вздрогнуть. – Ты отравила меня. Почему?
– Так интереснее, – спокойно ответила Мэгги. Она села напротив меня, полностью спокойная. – Старый наркотик вуду в твоём кофе, чтобы убить тебя и наложить на тебя заклинание зомби. Но, конечно, я не знала о палочке. Она взаимодействовала с моей магией, выиграв тебе побольше времени. Вероятно, магия палочки и удерживает тебя теперь.
– Скажи мне, Мэгги. Мы были любовниками. Друзьями. Партнёрами.
– Последнее – единственное, что имеет значение. – Она подула на свой кофе и осторожно его отхлебнула. – Я хотела получить наш бизнес. Весь целиком. Я устала быть младшим партнёром, особенно когда я делала большую часть работы. Но у тебя были имя, репутация и контакты. Я не понимала, зачем мне продолжать делить мои деньги с тобой. В нашем партнёрстве я была мозгами, а ты – только мускулами. Мускулы всегда можно нанять. И... мне было скучно с тобой. Наш роман был забавен, и он принёс мне партнёрство, которого я хотела, но, дорогой Ларри, хотя ты мог быть недурён в постели, вне её ты был проклятым тупицей.
– Я не могла поделить бизнес. Мне требовался статус, который давало твоё имя. И мне нельзя было просто убить тебя, потому что, по твоему завещанию, твоя бывшая унаследует твою половину бизнеса. И я правда не понимала, зачем мне лезть из кожи вон и тратиться на её выкуп.
– Поэтому я достала свои старые книги и сплела искусный маленький узелок из ядов и магии вуду. Как зомби под моим контролем, ты мог сделать и подписать новое завещание, оставив всё мне. Тогда я избавилась бы от твоего тела. Но, видимо, я положила недостаточно сахара тебе в кофе. Или, может, напоследок ты что-то различил на моём лице. Так или иначе эта чёртова тайная палочка позволила тебе сбежать. В убежище, о котором я даже не знала. Ты понятия не имеешь, как я удивилась, когда ты позвонил мне три дня спустя.
– Почему ты не вспомнил? Яд, заклинания, травма? Или, возможно, ты просто не верил, что у твоей старой милашки мог быть собственный ум и характер, чтобы добиться того, чего она хочет.
– А почему ты указала на Макса? – остолбенело спросил я.
– Чтобы использовать время, пока ты обманываешься. И всегда был шанс, что вы устраните друг друга и оставите поле ещё более свободным для меня.
– Как ты могла сделать это? Я любил тебя, Мэгги!
– Это замечательно, Ларри. Но девушке нужно жить.
Она отставила свой кофе, встала и свысока посмотрела на меня. Слегка нахмурилась, будто решая необходимую, но неприятную задачу. – Но не слишком поздно, чтобы всё исправить. Я сделала тебя таким и я могу уничтожить тебя. – Она вытащила из своего рукава серебряный кинжал. Лезвие в форме листа покрывали руны и символы. – Просто откинься назад и прими это, Ларри. Ты ведь не хочешь так продолжать, верно? Я отсеку от тебя сознание, тогда ты больше не будешь тревожиться. Ты подпишешь необходимые документы, как хороший маленький зомби и я упокою твоё тело. Это было забавно, Ларри. Не порти всё.
Она бросилась на меня с кинжалом, пока ещё говорила, намереваясь застать меня врасплох. Я активировал свою палочку, и время разбилось и замерло. Она застыла надо мной, подвешенная в воздухе. Мгновение я смотрел на неё, а потом было легче лёгкого забрать у неё кинжал и медленно вонзить ей в сердце. Я снова запустил время. Она рухнула прямо мне в руки и я держал её, пока она умирала, потому что когда-то я её любил.
Я не хотел убивать её, даже после всего, что она совершила и собиралась совершить. Но когда партнёр человека убивает его, он должен что-то предпринять.

• • •

Поэтому я здесь. Мёртвый, но не ушедший. Моё тело, видимо, стабилизировалось. Личинок больше нет. Наверное, палочка, взаимодействует с магией вуду. Я никогда на самом деле не понимал таких вещей. Не знаю, как долго я продержусь, но кто вообще знает? Может, мне сделать новые визитные карточки. Ларри Забвение, покойный детектив. Посмертный частный детектив. У меня всё ещё есть моя работа. И я должен делать что-то хорошее, чтобы уравновесить всё плохое, сделанное, пока я был жив. Загробная жизнь гораздо ближе, чем была раньше.
Даже когда ты мёртв, нет покоя грешнику.

Перевод: Bertran
lordbertran@yandex.ru